Папа – удивительный человек. И чем дальше, тем более удивительным он представляется мне.
Он отличался какой-то совершенно неподкупной исключительной честностью и просто непонятной для людей нашего времени. (Мне кажется, даже в чем-то странной наивной и просто смешной). Это человек другого времени, другой ментальности, сочетавшего в себе человека чести скорей ХIX века. Его невозможно мерить мерками нашего времени – он другой. Какая-то смесь интеллигентности человека ХIX века и революционной убежденности человека начала ХХ века. Будучи идеалистом, он и пострадал за свои иллюзии и заблуждения. Он выделялся из среды своей подлинностью, верой в дело, которому служил не формой – а самой сущностью своей. Это похоже на фанатизм, на фанатичную веру. В наше время была придумана обидная кличка для таких людей – «совок». Тем самым оправдывая свое приспособленчество, угодничество перед сильными мира сего.
Сын расстрелянного рабочего, он всю свою жизнь гордился причастностью к революции, за которую поплатился жизнью его отец.
Рано повзрослев (в 12 лет!), в новой семье матери он вдруг узнал, что отчим – это не родной отец и что теперь ему нужно думать о себе самому. Пошел ребенком работать и с этого времени стал строить себя сам. Очень много читал, выучился, всю жизнь занимался самообразованием и сделал, наконец, себя сам без малейшей помощи извне. Женился на самой красивой девушке института, где учился. Это не преувеличение: на нее, как на экзотический цветок — стройную смуглую красивую крымскую девушку, бегали смотреть студенты из других групп.
Очень много и упорно работал всегда. Куда бы не посылали его, он всегда безоговорочно делал дело с отчаянной решимостью.
Пошел добровольцем на финский фронт. Один из всего потока студентов! Потом, отстав от сверстников продолжил учебу.
В Отечественную войну опять прервал учебу в институте и работал в политотделе в тылу – в Казани, куда был эвакуирован институт.
Как очень нравственно чистый и порядочный человек, он не допустил «мутации» своей натуры во все времена – и в тяжелые военные годы, и во времена относительной сытости и комфорта. Он оставался таким же искренним, честным и преданным тем идеалам, которым служил всю свою жизнь. Упорный в своей убежденности и правоте он и от других требовал такой же самоотдачи.
Его заветной мечтой было, что его детище – ХАИ станет одним из лучших ВУЗов страны. И он добился этого.
Строительству своего родного ВУЗа была посвящена вся его жизнь без остатка. Не ради наград и чинов – иначе бы принял предложение министра высшего образования В.П. Елютина работать в министерстве образования СССР, когда тучи сгустились над ним.
Материальная сторона его никогда не интересовала, поскольку сам он был абсолютным бессребреником и очень неприхотливым в быту человеком.
Его отличала какая-то безукоризненная нравственная чистоплотность и просто физическая.
Любой власти не нужна такая безукоризненная честность и такая преданность делу, а не чинам, какой отличался папа. Он, как соринка в глазу, как антипод и укор бесчестью, вранью и двуличию, как «динозавр», доживший до наших дней.
Наступавшие новые времена требовали и новых людей. Его требовательность и неподкупность раздражали. Конфликт был неизбежен.
Долго искали повод и наконец нашли – якобы он самолично использовал студенческий труд для строительства института.
Все это он подробно описал в своем «письме-вопле» к сильным мира сего – партийным властям.
Но, как известно, все оказалось тщетно.
- Элеонора и Галина Масленниковы
- Семья Н.А. Масленникова
P.S. Сурен Готенов, 1-й факультет, 1964 г. выпуска
Элла, ты молодец! Могу добавить.
Над вами на Гуданова жила Ольга Ивановна, которая неоднократно заливала вас. Она рассказывала, что когда приходил Николай Арсентьевич, казалось, что он провинился, а не я. При этом он смотрел вниз.
А еще другое свидетельство. Преподаватель принимавший экзамен в ХАИ по русскому языку, говорил — если мне скажут, что перед сном он строит семью и поют Гимн Советского союза, я поверю этому!
А еще, ты небольшое время работала в СКБ у меня. Ты достойная дочь своего папы!
