В начале октября 1979 г. ударили заморозки. Харьковское радио сообщило, что на полях совхоза «Маяк» с. Коробочкино гибнет урожай. Привлеченные к его уборке студенты ХИМЭСХа возлагавшихся на них надежд не оправдали» пробайдыкували» и даже не отработали потраченное на них питание.
В экстренном порядке был снят с занятий и направлен на спасение урожая 1-й курс факультета №2 ХАИ (старшие курсы были на сельхозработах в сентябре). Руководили группами В.Г. Волков, А.Я. Азаревич, В.М. Рашкован, А.Я. Ниценко, Л. Круг и др. Я, Богданов В.Г., был назначен старшим от факультета. Напутствовал нас от парткома тогда еще совсем молодой будущий ректор В.С. Кривцов.
Совхоз «Маяк» встретил подмогу вышедшим из строя котла системы отопления общежитий. После размещения остаток дня студенты всеми подручными средствами утепляли помещения (конопатили щели, занавешивали окна и двери одеялами), получали дополнительные одеяла в спальные комплекты.
Первые дня три руководители подразделений совхоза, стремясь «заткнуть» прорехи на своих участках, старались заполучить в свое распоряжение хотя бы по 5-10 студентов, направляя их то на железнодорожную станцию Граково для погрузочно-разгрузочных работ, то в подвалы и кладовые на сортировку овощей, в поле заняли студентов то уборкой столовой свеклы с площади около 2 га, то уборкой около 5 га моркови. А так как наши первокурсники в основном несовершелетние, то на все раздробленные бригады мы вынуждены были отвлекать руководителей групп, ослабляя присмотр за студентами в поле.
На 3-4 день из ХАИ на смену Волкову В.Г. прибыл Олейник Алексей, сопровождая машину с собранными на кафедрах ватниками и сапогами для нуждающихся в них студентов. К этому времени уже удалось починить котел и восстановит подачу тепла в общежития.
С прибытием Олейника мы решили перестроить организацию использования наших студентов. Алексей взял на себя координацию работ в поле, а мне тем временем удалось убедить руководство совхоза отдать нам одно большое поле на аккордный подряд, чтобы все наши студенты были вместе, усилить и без того их отличное питание, добавив к рациону по их заявке сметану и мясо (совхоз был молочно-овощеводческий), и обеспечить для студентов ежедневно после работы в холодном поле горячую ванну (для местных жителей баня обычно работала только по субботам и воскресеньям). Объем работы определили, исходя из дневных норм выработки на оставшиеся до ноябрьских праздников 3 недели, рассчитывая за счет ударной работы уложиться в 2 недели, тем самым «выкроив» для студентов время на поездку домой для смены одежды. Еще одним условием было – убрать за горизонт с поля зрения наших студентов вяло передвигающуюся по полям группу студентов 4-го курса ХИИТа. И пошло дело…
Все наши студенты (почти три сотни) выстраивались руководителями групп в шеренгу и по команде Олейника: «В борозду!» бросались рубить капусту, стараясь не отстать от соседа справа, от соседа слева… По окончании рабочего дня возглавляемые Олейником «полевые командиры» проводили в группах «разбор полетов», а от местных жителей в бане было слышно: «О! Студенты роблять, як звірі!». Не было ни одного случая простудного заболевания или сколько-нибудь существенной травмы у наших подопечных. За неделю поле было покрыто буртами капусты и уже было видно завершение рубки, пошли машины с капустой в харьковские кагаты. Районная газета извещала об отличной работе студентов ХАИ в совхозе «Маяк!
И тут, как гром среди ясного неба, руководство совхоза буквально повергло в панику распоряжение: завтра студентов вернуть в ХАИ. После ужина руководством совхоза для руководителей групп был дан небольшой банкет с изъявлением благодарности за отличную работу и сожаления, что раньше не знали ХАИ, с уговорами задержаться еще хотя бы на 3 дня… Звонки руководства совхоза в обком КПУ, облисполком и ХАИ желаемого результата не дали. А назавтра, как по заказу, с утра мелкий осенний дождь начал развозить грунтовые дороги.
Приехав через неделю за расчетом, никого в конторе не застал: все были на погрузке, вывозе и укрытии нарубленной студентами ХАИ капусты. Заработанных за 2 недели денег хватило на компенсацию затрат на питание, утерю инвентаря и имущества (в основном – наматрасников, в которых студенты везли овощи в общежитие) и выдачу студентам зарплаты в размере месячной стипендии.
ЛИТВИНЕНКО Сергей, 4-й факультет, 1986г.выпуска (Украина, Харьков)
ПРОГУЛКИ ПО КРЫШЕ ПОД ТРЕЛИ СОЛОВЬЕВ ШЕРВУД
Эта история произошла в далёком 1981 году, когда социалистическая мораль была ещё на должном уровне. И не то что остаться ночевать у подруги в общежитии, но даже находиться в гостях не в своём общежитии после 23 часов было «страшным преступлением».
Я же, будучи студентом, жил в 10-ке, а будущая жена – в 11-ке. Если, идя в гости, пропуск на вахте оставил, выходить надо было не позже 23 часов, иначе ГООПовцы заберут со всеми вытекающими. Короче, достали радетели морали!
Ну, естественно, пытливый ум хаёвца, да ещё отслужившего до поступления в ВУЗ в славных Воздушно-десантных войсках, о которых поётся, что … «нет задач невыполнимых!», постоянно напрягался в поисках безопасной пролонгации времени наших свиданий. Сначала девчонки из блока суженой одарили меня пропуском, якобы утерянным ранее, но счастливо нашедшимся уже после получения хозяйкой дубликата. Переклеить фотографию и дорисовать синим фломастером треугольную печать было делом нескольких секунд. И вот я, счастливый обладатель пропуска с большим красным 11 на развороте, спокойно прохожу мимо вахтёрш, которые по причине своего почтенного возраста совсем не замечают, что фамилия в пропуске под моей фотографией вовсе даже женская. Ну, а эвакуация вечером – это было совсем просто: невеста обитала в блоке на втором этаже, а рядом строилась двенадцатка, и я, пройдя снаружи по трубам всего каких-то трёх балконных перил, благополучно спрыгивал на ж.б. плиты, складируемые около стены для последующего монтажа краном. За месяц подобных свиданий я примелькался вахтёршам и уже настолько расслабился, что совсем потерял бдительность. А зря!
Однажды, проходя мимо вахты, услышал грозный окрик от какой-то незнакомой тётки довольно моложавого вида и требование дать ей пропуск для детального ознакомления. Я, конечно, тётку проигнорировал и двинулся к лестнице, как обычно. Но тётка оказалась комендантом 11 общаги и на зрение не жаловалась пока. Она с невиданной резвостью выскочила из каморки вахты и понеслась за мною вслед, грозя всеми мыслимыми и немыслимыми карами, когда догонит. Я прибавил ходу и побежал вверх по лестнице, чтобы рьяная комендантша не засекла в какой блок на втором этаже я заскочу. Так мы и мчались: я и орущая комендантша двумя пролётами ниже. Но куда там угнаться хоть и молодой, но уже поднаевшей жирку и не тренированной женщине за длинноногим, совсем ещё недавно гвардейцем, ежеутренне пробегавшем по 10 км… В районе пятого этажа мадам стала сдавать, мучаясь одышкой, а на подходе к седьмому совсем остановилась и потихоньку почапала вниз ругаясь распоследними словами, но пообещала, что будет лично сидеть на вахте до полуночи и всё-таки выловит меня при выходе из общаги (со всеми вытекающими, соответственно). Я решил переждать некоторое время, а, заодно и сходить выше, изучить обстановку. Добрался до технического этажа, открыл дверь, ведущую туда, которая держалась на честном слове. На техэтаже было много всякого ненужного хлама и ещё одна хлипкая зарешёченная дверь, которая вела в лифтовую шахту. Дверь была на замке, но решётку при желании можно было отогнуть.
И тут меня осенило! Я успешно отогнул решётку лифтовой шахты, выбрался на крышу, потом по перекрытию галереи на крышу десятки. Какая прекрасная картина открылась моему взору! А главное, вот она безопасная дорога как к дому, так и в обратном направлении! Спасибо дорогой комендантше за то, что помогла мне так просто решить эту непростую задачу. С этого дня я беспрепятственно в любое время суток входил и выходил в общагу. И время свиданий с любимой стало ничем не ограниченным. А ночью выйдешь на крышу, — небо вокруг звёздное, бездонное; в Шервуде соловьи –отпад, такие рулады выводят! Наслушаешься и через шахту лифта домой-баиньки. Правда, иногда перед дождём лягушки Даниловские весь кайф обламывали – орали, как дурные и забивали трели соловьёв…
Наконец соловьи свили гнёзда, перестали петь и занялись выведением потомства.
А мы в августе поженились и переехали жить на квартиру. Через год у нас родился сын. А к диплому и второй сынишка родиться подоспел! Соловьи вдохновили!
Я распределился на работу в Alma mater, где и тружусь по сей день, правда, с небольшими перерывами. Но всегда, проходя мимо этих общаг: десятки и одиннадцатки, с улыбкой вспоминаю ночные прогулки по их крышам.
Кстати, все участники вышеописанных событий (кроме вахтёрш, естественно) живы и здоровы. Комендантшу ту, правда, вскоре уволили за какие-то финансовые прегрешения. А сыновьям нашим уже 28 и 26 лет. Оба получили по два высших образования (дипломы с отличием, правда не в ХАИ) и успешно работают.
Вот такая романтика!
БОЙЧУК Мария, 6-ой факультет, 2004 г.выпуска (Украина, Харьков)
А мы вот после защиты диплома решили сходить в магазинчик «Север» за скатертью самобранкой.
Ребята все красивые – в костюмчиках, солидные…
Поразила реакция продавщиц! Гул пошёл по магазину: «Налоговая!!!» Какие-то тетрадки стали прятать, таблички стали дергать с надписью «переучёт».
Повеселили нас малость!
БОНДАРЬ Олег, 5-й факультет, 1971 г. выпуска (Украина, Харьков)
История команды КВН ХАИ 60-70-х гг.
Впервые команда КВН Харьковского авиационного института появилась на экране тогда еще Центрального телевидения в 1970 году. Хотя этому предшествовала своя история. И началась она, по словам очевидцев, лет за пять до столь знаменательного события. Именно в те годы КВН стал самой популярной передачей, во время эфира которой улицы пустели, а тех, кто не смог посмотреть очередную игру, просто-напросто жалели. И уже тогда КВН для многих стал диагнозом, жизнью и легендой.
К 1969-му году в Харькове не осталось ни одной команды, которая бы не проиграла команде КВН ХАИ, организованной Евгением Бутом. В городе стало скучно. Не мудрено, что 4 апреля 1970 года команда КВН ХАИ уже играла свою первую телевизионную игру. Играли с командой Белорусского политехнического института. Команда блестяще сыграла разминку. Даже сейчас вопросы и ответы той игры могут претендовать на актуальность. К примеру, на вопрос: «Какое преступление совершается сейчас в одном из московских переулков?», команда ответила: «Именно сейчас в Третьяковской галерее Иван Грозный убивает своего сына».
Примечательно, что в этот день впервые в истории КВНа была зафиксирована ничья – именно так закончилась эта встреча. А утром «команда проснулась знаменитой».(Ничья объяснилась звонком П.М. Машерова, первый секретарем ЦК КПСС Белорусской ССР, в редакцию КВН. Н. Олейник)
Первый состав команды знал весь институт: Евгений Бут, Леша Олейник, Влад Мосьпан, Толик Артеменко, Олег Бондарь, Юра Скибин, Женя Гецович, Ян Рубинштейн, Миша Иоселевич, Витя Забейворота, Боря Дикун, Купа (Валера Трифонов), Слава Балаценко, художник Володя Ермолаев, музыканты, руководимые Сергеем Гарбузом по кличке Дыня. В отличие от своих последователей 90-х годов были в команде и девушки — Инна Штительман, Наташа Морозова, Наташа Дмитриева, Марина Пасова. Очень важной, самоотверженной была работа группы поддержки: Ирина Пантелеева, Алик Маркон, Наталья Руссак (сейчас Олейник). Доставали и организовывали любой нужный для КВН реквизит от ночных горшков для «фашистских касок» и кларнетов для «расчалок самолёта» до живого настоящего Питерского водолаза, отловленного в проруби, на выступлении в Ленинграде. Правда, этот кадр с водолазом ТВ вырезало…
А одним из автором команды был молодой писатель-сатирик Алик Инин (Гуревич).
Режиссером команды был направленный от телевидения выпускник ХПИ Артур Вишневецкий, который своим талантом пробился в москвичи. (Ему принадлежит идея «короны» в постановке песни Аллы Пугачевой «Все могут короли»). Артур был очень лоялен и очень часто доводил до блеска рождаемые Бутом и другими нашими ребятами идеи.
После той игры ректор наградил всю команду двухнедельным отпуском.
Спустя некоторое время команда приняла участие в передаче «КВН в гостях у «Алло, мы ищем таланты!» Осенью того же года был «Кубок Надежды» – мероприятие внесезонное, но показанное по телевидению, где команда ХАИ была представлена среди восьми лучших команд страны.
А свою последнюю игру команда сыграла в Ленинграде с командой Воронежского инженерно-строительного института в 1971 году. К сожалению, эту игру команда проиграла… Решение о нашем «проигрыше» Воронежу (вульгарно не было денег в бюджете ХАИ для игры в КВН) было принято заранее. Интрига, о которой знала только «мозговая группа» команды.
Да, мы тогда в Питере вынуждены были проиграть, но было приятно наблюдать непосредственную реакцию зрительного зала (вырезали). Народ в Питере не давал себя обманывать. В жюри летели разные предметы, подушечки, на которых народ сидел… Саша Масляков минут 30 не мог остановить разбушевавшийся зал… Зрелище было классное.
Эта игра была одной из первых, которая шла в записи. До этого были только прямые эфиры. Телезрители увидели только улыбающееся в аплодисментах лицо помрежа Леночки вместо искромётных и убойных шуток-бомб. И всё выглядело вроде бы и логично по телевизору. А мои питерские друзья долго ещё плевались, вспоминая зрелище в «Октябрьском» и то, что потом пошло в эфир.
( А про капитана ВИСИ Женя Бут всегда вспоминал, что он — несостоявшийся хаевец, которому он, как преподаватель математики ХАИ, поставил двойку. Н. Олейник)
А яркий след команда все-таки оставила, предсказав выход КВНа на международный уровень еще на своей первой игре с белорусами. Под мелодию популярной тогда песни «Как хорошо быть генералом» были спеты такие слова:
Пусть предоставят КВНу
Международную арену,
Чтобы стихами, а не штыками
Дрались за честь!
Пусть предоставят КВНу
Международную арену -
Юмор понятен без перевода,
Если он есть!
Последнюю фразу «Приветствия»: « Если он есть!» — должен был произносить я, Олег Бондарь. Поскольку стоял на левом фланге крайним (если смотреть со сцены) Но в конце песни надо было, по замыслу режиссёра Артура Вишневецкого выдержать паузу в 3 секунды. Для усиления комического эффекта.
Пошёл прямой эфир. Вышли. Работаем. Пропели. Всё нормально. Дошли до конца песни.
Я держу паузу (мысленно считаю про себя «двадцать один» — секунда). Мне сосед подсказывает шёпотом: «Если он есть!» Я продолжаю «держать паузу» (мысленно произношу 22). На третьей секунде с кресла первого ряда начал подсказывать театральным шёпотом сам Артур Вишневецкий: « Если он есть!» И тут я (вместе со всем первым рядом, начавшим мне подсказывать) «со значением продал»: — Если он есть!!!
Грохот аплодисментов. Крики Аркадия Инина: — Задушу гада!!!
Артур Вишневецкий сказал потом: — Всё правильно. Всё, как я тебе и поставил, но в следующий раз я тебя всё-таки убью. Правда, это он уже говорил обнимая!
И таких эпизодов в той игре, в прямом эфире, было множество.
Потом появились дорогие мне «белые пиджаки». Суперкоманда потому, что она никогда не пользовалась чужим материалом. Они стали тем, чем стали, только и только потому, что у них хватило ума сохранять традиции и не противопоставлять одно поколение другому…
Горжусь тем, что имел честь руководить дипломом Игоря Диденко. Игорь — человек талантливый и самостоятельный, целеустремлённый и грамотный. С невероятным чувством юмора. Это я прочувствовал на лабораторных работах, когда он их мне сдавал. Я ему лёгких задач не давал. А он был всегда готов к решению любой задачи. Диплом написал самостоятельно и защитил блестяще. Стопроцентный ХАЁВЕЦ! И теперь, когда я его вижу на экране с Глебом Тимошенко всегда рад тому, что наши судьбы пересеклись.
ХАИ — это лучшие люди страны!
БОНДАРЬ Олег, 5-й факультет, 1971 г. выпуска (Украина, Харьков): 5 комментариев
САПРЫКИН Виталий, 2-ой факультет, 1971 г.выпуска (Украина, Харьков)
Лето тысяча девятьсот семидесятого года. Практика на реакторе в г. Киеве. Надо сказать, что тогда также бывали проблемы с невыплатами денег. Группа уехала в г. Киев без стипендии, без суточных и без проездных. Денег было у каждого в обрез, надеялись на перевод стипендии. А зря.
К концу двухнедельного пребывания в столице в группе разразился финансовый кризис. Собрали все деньги и купили на них билеты в г. Воронеж (вторая точка практики). А кушать хочется, а денег не очень много.
В качестве спасения от голода Алексей Олейник по вечерам собирал группу в комнате общежития и организовывал частушкопение. Частушки придумывались тут же. Вот пример одной из них
Миша Байцур обалдел,
На контактор попой сел.
Раздался ужасный мат
На пять тысяч киловатт.
К сведению читателя половина слов в этом четверостишии заменена благозвучными синонимами. Смех и радость экспромта значительно снижали желание поесть.
В конце концов группа с двумя буханками хлеба на всех приезжает в г.Воронеж. Радость встречи с коллегами (поселили нас в школу, где уже жили: одна группа из ХАИ, одна группа из МАИ и одна группа из ЛПИ) потихоньку переросла в желание этот факт отметить.
Продана электробритва, а Алексей планирует все остальное. Приобретен спирт с резким резиновым запахом, хлеб остался еще из г. Киева, а вокруг школы сады, полные зеленых яблок. Староста (это Олейник) спланировал кому в какой сад (как стемнеет) идти и сообщил на ухо.
С яблоками вернулась примерно половина добытчиков. Остальные пришли пустыми, в их садах были засады, организованные … Олейником. Он на каждый сад планировал двоих (не сообщив об этом исполнителям). Вечер прошел хорошо, утром было плохо.
Когда стало немного легче, пришло чувство голода. Группа решает, что Олейник должен и эту проблему решать. И он ее решил. Недалеко от школы рядом было два магазина «Молоко» и «Хлеб». Как ему это удалось, не знаю, но каждое утро нам без оплаты в одном магазине наливали по баночке 0,5 л. молока, а в другом магазине – по городской булочке. Это было вкусно.
Алексей же решает эту проблему дальше. На заводе договаривается о срочном авансе, который получили на третий день. Жизнь наладилась.
СМИРНОВА Сюзанна, 4-й факультет, 2009 г.выпуска (Украина, Крым)
А дело было так… Зима 2009 года, точно помню, что была среда, 21 января. Оставалась буквально неделька до предзащиты диплома, а защита должна была быть 10-12 февраля.
Я, как и все студенты, писала-чертила свой дипломчик, что-то получалось, что-то нет, что-то не успевала. Все, как у всех. И вот как раз 21.01.09 я должна была прийти на консультацию к своему руководителю, Литовченко Леониду Васильевичу. Опаздывала на назначенное время, поэтому носилась по квартире как ненормальная и … просто не вписалась в дверь. Все бы ничего, но после нескольких бессонных ночей моя координация каким-то образом не вписала меня в дверь, так что я об нее сломала кости на ступне правой ноги… Нога мгновенно распухла и посинела. В слезах я позвонила руководителю и выдала информацию о том, что защищаться в этом году я уже точно не буду… Затем скорая, 4-ая неотложка, гипс… Если бы было лето – полбеды, но вот зимой… Сильно не разгонишься… Пообщавшись с руководителем и зав. кафедрой решили, что защиту мою перенесем на лето вместе с другими группами… Я была расстроена жутко – потерять полгода, не защититься вместе с группой. Кошмар… Но диплом все же худо-бедно, но доделывала просто так, хотя тему мне должны были сменить ввиду обстоятельств… И вот вдруг вначале февраля (чуть ли не первого числа) мне позвонила моя зам. декана Остапчук Валентина Витальевна и сказала, что надо сделать все, что угодно, но защищаться в срок! Ее поддержал так же и зав. кафедрой Губин Сергей Викторович, и зам. декана Гайдуков Виталий Федорович, и мой руководитель и нормоконтролер Шепетов Юрий Алексеевич. Я думаю, что еще очень многие люди принимали участие в этом обсуждении и все пришли к выводу, что со мной нужно что-то решать. Долго продумывали вариант транспортировки меня в институт: согласились на машине привезти под корпус. Рецензию отвезли без меня и поставили. Предзащиту засчитали заочно по отзывам руководителя, который ежедневно получал мою работу из рук моих помогавших мне одногруппников. Они были моей связью с внешним миром. Но проблема оставалась – из-за гипса, кроме халата и красных летних шароваров, на меня ничего не налазило. Да и поднять меня на 4-ый этаж в корпусе на защиту было бы нелегко… Я уже ни на что и не надеялась. 12 февраля, четверг, защитились последние одногруппники… А я сидела дома, с подписанным дипломом… Но вдруг раздался звонок, звонил мой зав. кафедры и сообщил, что я защищаюсь завтра! Вот представьте мое удивление, состояние и в то же время радость, когда 13 февраля, в пятницу, ко мне домой пришли члены ГЭК в составе Губина С.В., Остапчука В.В., Гайдукова В.Ф., Литовченко Л.В. и Шепетова Ю.А.!!! На столах лежали плакаты и записка, а я на костылях отстаивала честь своего диплома.
Низкий поклон всем моим преподавателям, декану, заместителям декана, ректору и всем-всем-всем, кто подарил мне вот такой подарок! При этом никаких родственных или дружеско-семейных отношений ни с кем из преподавателей у меня нет. Хотя сейчас могу откровенно сказать, что эти люди мне не чужие. Тот неоценимый подарок, который они мне сделали, дал мне не только путевку в жизнь в виде образования, но и подарил веру в людей. Меня пожалели (если можно так сказать) только потому, что я одна оставалась бы такая незащитившаяся. Плюс к этому я не была супер ученицей – оценки средние: 4-5, пара троечек есть в зачетке за младшие курсы, но я просто старалась не прогуливать и не пропускать, старалась проявлять интерес и уважение к предмету и преподавателю, старалась все делать вовремя. Вот и все. Никакой фантастики. Самая обычная студентка, а они оказались самыми настоящими ЛЮДЬМИ!
Всем хочу сказать, что преподаватели не звери и не изверги, какими бы строгими они не казались. Они, в первую очередь, Люди!!! С большой буквы Люди!!! Я очень благодарна им всем за такую школу жизни, школу не только физических и научных знаний, но и школу человечности и жертвенности. Я очень рада, что училась в ХАИ. Этот опыт не променяла бы ни на что!
СМИРНОВА Сюзанна, 4-й факультет, 2009 г.выпуска (Украина, Крым): Один комментарий
-
Меня до слёз взволновал рассказ Сюзанны: не поверю теперь никому, что ныне учёба в ХАИ сводится только к денежным отношениям… Я защитилась 36 лет назад, многих наших преподавателей уже нет в живых, к большому сожалению… Присоединяясь к низкому поклону этой девочки, выражаюю огромную благодарность всем ВАМ, преподаватели ХАИ, работающим и ушедшим на заслуженный отдых. Хочу поделиться с вами своим стихотворением к 80-летию ХАИ.
ЮБИЛЕЙНОЕ
И снова круглая дата –
Восемьдесят лет ХАИ!
Собрались на встречу ребята-
ХАЕВЦЫ – друзья мои.
Время летит все быстрее –
Нашему выпуску тридцать пять,
А мы душой не стареем –
Вспоминаем юность опять.
И рассказываем о жизни,
Какие события произошли,
Что за пять лет изменилось -
Мы первые потери понесли.
Седина и морщины – не в счете,
На них никто не глядит.
О болезнях тоже ни слова –
Хаевский дух нас бодрит!
Наша гордость – дети и внуки,
О них – всегда и везде,
Ведь многие по традиции
Пошли по нашей стезе.
Кое-кто говорит: «Измельчал Хаевец»,
(Убедить их в обратном сложно),
Но пока жива ALMA MATER,
Такое, в принципе, невозможно!
ХАИ – это мощь, ХАИ – это сила,
Все лучшее связано с ним.
«Хаевский синдром» не лечится –
Диагноз у всех нас один.Л.Торяник (Погребная)
ХАРЬКОВ 2010
Спасибо Вам, Олег, за рассказ! Я храню билет на КВН ХАИ — БПИ, который состоялся в Московском телетеатре 4 апреля 1970. А началось всё с объявления в гл. корпусе, что команда КВН ХАИ проводит конкурс болельщиков для поездки в Москву. Я — туда! Очередь! И всех заставляют кричать, мычать, хлопать в ладошки, кукарекать и т. п. А когда я подошла, спрашивают: «Ты из какой группы?» «115А» — робко отвечаю… «Первый курс?» — удивлению не было предела. «Записывай!» Видимо я одна такая была… Потом были репетиции: после какого номера что кричать, когда хлопать и т. д. А когда заняли места по билетам в телетеатре, оказалось, что все болельщики сидели далеко друг от друга и организоваться было нелегко… Зато впечатлений — море!.. Хоть и за свой счёт, и гостиницу долго искала, чтобы переночевать, всё равно не забуду… Первый раз в Москве, Красная площадь, цветы на могилу Гагарина, эмоции, впечатления… А главное — КВН — это любовь на всю жизнь!
А ведь это моя выпускающая кафедра. Мой преподаватель;). Кому везло — сдавал экзамены Бондарю, кому не повезло — Баранову.
Хорошо помню, когда приезжал в ХАИ Масляков, с целью возрождения КВН-2, ещё были хаёвские КВНы, в главном корпусе. Почему-то хорошо запомнилась оторвавшаяся ни к месту и упавшая с потолка гипсовая(то ли с песчаника) плитка в разгар выступления команды.
Пишите ещё! интернет всё стерпит. Спасибо!
ОЛЕГ НИКОЛАЕВИЧ. РАД ВАС ВИДЕТЬ! НА ВСТРЕЧЕ ХАИ В ПРОШЛОМ ГОДУ УЗНАЛ,ЧТО ВЫ УВОЛИЛИСЬ. ИЗ ТЕХ КОГО ЗНАЛ—ТОЛЬКО ПЕЧЕНИН И КЛАЙД ФУРМАНОВ.
Лабораторная.
Пытаемся синхронизировать осциллограф.
Прибор капризничает и показывает нам фиги.
Зовём Олега Николаевича. Он также безуспешно крутит переключатели.
Задумывается.
Потом командует подгруппе — Отвернитесь!
В недоумении отворачиваемся от стенда.
Ба-бах!- звук мощного удара рукой по металлу. Девчонки взвизгивают.
Бондарь — Повернитесь!
Поворачиваемся- прибор работает идеально.
Бондарь, наставительно подняв вверх указательный палец — Но так могу делать только я!
Занавес.
Добрый день Олег Николаевич
Вы были куратором в моей группе с 1978 года, вплоть до 1001 ночи .
Никто на факультете не знал но именно Евгений Николаевич Бут привел меня первокурсника работать в лабораторию 2-го факультета к Олейнику.
Мой сын год назад окончил магистратуру той-же кафедры, что и я.
Клановость на нашем факультете приветствуется!
Большое спасибо Вам и всем преподавателям факультета 5