ПРЕПОДАВАТЕЛЮ О.Е. БОНДАРЮ — ВАЛЕНТИНКА!

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
(из комментариев к записям О.Бондаря на сайте)

— Мой преподаватель;). Кому везло — сдавал экзамены Бондарю, кому не повезло — Баранову.
Александр Л.

— Лабораторная.
Пытаемся синхронизировать осциллограф.
Прибор капризничает и показывает нам фиги.
Зовём Олега Евгеньевича.
Он также безуспешно крутит переключатели.
Задумывается.
Потом командует подгруппе: « Отвернитесь!»
В недоумении отворачиваемся от стенда.
Ба-бах!- звук мощного удара рукой по металлу. Девчонки взвизгивают.
Бондарь: «Повернитесь!»
Поворачиваемся- прибор работает идеально.
Бондарь, наставительно подняв вверх указательный палец: « Но так могу делать только я!»
Занавес…
Николай

ВМЕСТО БИОГРАФИИ

Учился на 5-ом факультете ХАИ ,
активнейший участник команды КВН ХАИ конца 60-х — начала 70х, которая впервые вышла на телевизионный экран,
выпустился в 1971 г.,
распределился в ХАИ – преподавал, создавал научные разработки

… мой главный прибор в жизни заработал именно на Красноярском радиолокаторе, принеся СССР ровно один миллион американских денег экономического эффекта. Бумажка с гербами и красным углом греет руку… (О. Бондарь)

Не смотрел,
прищурившись, в прицелы.
Под водой
в атаку не ходил…
Я — придумывал,
как сделать те прицелы.
И не разу мой не подводил!
Ни чинов.
Ни звания.
Ни шума.
Для «негромких» дел —
Особый счёт!
Я учил.
Учил парнишек — думать.
Мысль порой сильней,
чем пулемёт.
(О. Бондарь)

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Личных книг в соавторстве с Ольгой Бедой — 5…

Собственная — 1 (поэма об Отце — «Всё, что Батя рассказал»)

Лауреат двух литературных премий «Имени Молодой Гвардии» и «Литературная премия имени Бориса Гринченко»
Руководитель Литературного объединения «Третий цех»
Редактор более 65 литературных поэтических сборников и альманахов

P.S. Администрация сайта поздравляет Олега Бондаря с Днем рождения! Желает здоровья, творческих успехов!!!

 ЩЕРБАНЬ Богдан, 2-ой фаультет, 2011 год выпуска (Украина, Харьков)

7 февраля 2016 года исполняется 110 лет со дня рождения великого авиаконструктора ОЛЕГА КОНСТАНТИНОВИЧА АНТОНОВА.
Делюсь интересными воспоминаниями от…

КИВА Дмитрий Семенович – хаевец 1965 года выпуска, украинский промышленный деятель, президент-генеральный конструктор государственного предприятия «Антонов», Герой Украины, Академик Национальной академии наук Украины , доктор технических наук, профессор, лауреат Государственной премии Украины.

https://www.facebook.com/antonov.company.ua/posts/815209635273334

Впервые я увидел Олега Константиновича в начале 1963 года в ХАИ. Он выступил перед студентами и преподавателями института с докладом о современном состоянии самолетостроения. После этого у меня уже не было выбора — куда идти работать. В 1965 году я окончил институт и получил направление на работу в ОКБ O.K. Антонова.
В мае 1969 года скоропостижно умер В.Е. Линкевич, ведущий конструктор по самолету Ан-14М. Олег Константинович предложил мне возглавить работы по этой машине. На протяжении последующих лет мне посчастливилось работать под его непосредственным руководством, в том числе с 1979 по 1984 год в должности заместителя главного конструктора по легким самолетам Ан-2, Ан-3, Ан-14 и Ан-28.
При создании самолета Ан-14М, впоследствии получившего название Ан-28, O.K. Антонов исходил из того, что он должен унаследовать все лучшее от Ан-2 и Ан-14, быть предельно неприхотливым в обслуживании и позволять его эксплуатацию на грунтовых аэродромах с малой длиной взлетной полосы. В то же время, он должен быть комфортабельным.
Олег Константинович практически ежедневно приглашал меня к себе для обсуждения результатов доводки и испытаний самолета. Даже когда он болел, то звонил и приглашал к себе домой. Он глубоко вникал во все вопросы доводки машины, ни в чем не видел мелочей и требовал устранения недостатков по всем системам самолета, включая двигатель, воздушный винт и др. Наибольшее внимание он всегда уделял вопросам аэродинамики, устойчивости, управляемости и безопасности полета. Его главное кредо — самолет должен прощать летчику любые его ошибки при различных условиях эксплуатации.
Вспоминаю один из моментов обсуждения вопроса по обеспечению на Ан-28 приемлемых характеристик продольной устойчивости. Олег Константинович тут же предложил установить на стабилизатор фиксированный предкрылок, от руки нарисовав его конфигурацию. Проведенные испытания самолета подтвердили эффективность предкрылка, выполненного по рисунку O.K. Антонова.
При обсуждении технических вопросов Олег Константинович был всегда корректен, вежлив, интеллигентен, но тверд и требователен. На моей памяти был единственный случай, когда он жестко меня отругал. Дело в том, что мы не могли добиться от самолета нормальной реакции по крену при даче руля направления.
Дорабатывали элеронную часть крыла, элероны, но не получалось. O.K. Антонов вызвал меня по этому вопросу и предложил установить пластинку на триммер элерона. Аэродинамики отрицательно отнеслись к этой идее и готовили свое решение, поэтому я не спешил с реализацией указания O.K. Антонова. Через несколько дней он задал мне вопрос: «Какие получены результаты полетов с пластинками?». Я ответил, что пластинки на самолет еще не установлены — аэродинамики готовят свое предложение. Что потом было? O.K. Антонов сильно стукнул кулаком по столу и, продолжая ударять, жестко сказал: «Сегодня же выпустить конструкторскую документацию, доработать самолет, провести летные испытания и сегодня же доложить мне результаты испытаний!».
В тот же день все было сделано, и я поздно вечером, позвонив ему домой, доложил, что результаты испытаний пока отрицательные. В дальнейшем, меняя угол установки пластинки, мы все же добились нужного результата. Этот случай стал для меня уроком на всю жизнь.
Мне часто приходилось бывать с Олегом Константиновичем в командировках, как правило, в Москве. Он не любил ездить поездом и летал рейсовым самолетом Аэрофлота. Во время поездок мы о многом говорили. Я слышал его рассказы об авиации, живописи, литературе, кино, музыке… Жадно впитывал все, о чем он говорил, — мне все было интересно. Запомнилось несколько его высказываний. Например, держа руки сложенными на животе, он говорил: «Мир делится на две категории людей. Изобретатели, — и разводил руки, — и приобретатели, — сводил их к животу. — Мы с вами счастливы тем, что относимся к первой категории».. И еще одно его выражение: «Заказчику надо давать не всегда то, что он просит, а главное — то, что ему нужно».
Одновременно с Ан-28 в Таганрогском ОКБ Г.М. Бериева был создан самолет Бе-30 с турбовинтовыми двигателями Омского ОКБ В.М. Глушенкова. Естественно, что как у одной, так и у другой машины в министерствах авиационной промышленности и гражданской авиации появились свои сторонники и противники, и все они хотели, чтобы строился только один самолет и только один двигатель. Доводка двигателя ТВД-850 ленинградского ОКБ С.П. Изотова задерживалась, и Олег Константинович принял решение установить на самолет двигатели ТВД-10.
Начался заключительный этап испытаний Ан-28. После непродолжительной отработки были проведены государственные сертификационные летные испытания нашего самолета и сравнительные с Бе-30. Испытания прошли успешно, и Госавиарегистр СССР выдал сертификат на соответствие Ан-28 нормам летной годности.
За день до подписания межправительственного соглашения по производству Ан-28 в Польше мы встречались с Председателем Государственного комитета по внешним экономическим связям С.А. Скачковым. Олег Константинович ознакомил его с возможностями самолета. Беседа прошла в деловой и теплой обстановке, затем состоялся скромный обед.
Вечером я поехал к Олегу Константиновичу на московскую квартиру. Ему нездоровилось, и он попросил вызвать скорую помощь, но предупредил, чтобы я не называл его «титулов». Он не хотел, чтобы приехала скорая помощь из кремлевской больницы. Прибыла обычная «скорая». Пожилая женщина-врач установила, что у Олега Константиновича гипертонический криз. Оказав необходимую помощь, она предложила вызвать «скорую» из Кремлевки, но мы уговорили ее не делать этого. Я остался дежурить у Олега Константиновича. Ночью пришлось еще раз прибегать к помощи врачей, и к утру ему стало лучше.
На подписание межправительственного соглашения я поехал один. От СССР его подписал зам. Председателя Совета Министров К.Ф. Катушев. Вечером в тот же день мы с Олегом Константиновичем улетели в Киев.
Самолет Ан-28 на пути к признанию повторил путь своего предшественника Ан-14. «У каждого самолета своя судьба. Одни рождаются легко, при всеобщем одобрении, под аплодисменты. Это баловни судьбы, — говорил O.K. Антонов. — Другие пробиваются с трудом, доказывая свое право на существование тяжелой ежедневной борьбой».
Мне кажется, что 15 лет непосредственной работы с Олегом Константиновичем стали определяющими в моей жизни. И еще мне кажется, что, кроме чисто производственных отношений, было ко мне его отношение каким-то особенным, теплым, даже отеческим. Он знал, что отец мой погиб на фронте в 1945 году.
Запомнилась мне и последняя встреча с ним. Был обеденный перерыв, и вдруг раздается прямой телефонный звонок от Олега Константиновича с просьбой зайти к нему. Захожу в кабинет. Олег Константинович разбирает в сейфе какие-то бумаги и говорит: «Я сейчас уезжаю в Москву на пару дней. Вот возьмите эти две папки, они мне уже не нужны*. Он собирал материалы по каждому типу самолетов. Мне передал по легким и средним самолетам. Олег Константинович выглядел каким-то беззащитным и задумчивым. Мне стало как-то тревожно… Возможно, у него было какое-то предчувствие — предчувствие чего-то неотвратимого…
Все, кто работал рядом с O.K. Антоновым, восхищались его знаниями, огромным опытом, удивительной интуицией с редким сочетанием чисто человеческих качеств — умением притягивать к себе сердца людей, увлечь их, сплотить, вдохнуть уверенность, что им по плечу любые сложные задачи.

Выставка работ студентов. 1978 г.